Тема постройки на юге Приморья «ядерного могильника» вторую неделю будоражит жителей края.

Про некоторые особенности протестных мероприятий мы уже писали, теперь попробуем посмотреть, так ли всё будет хорошо, как нам сейчас рассказывают. Мы рассмотрим два других «экологически чистых» проекта, находящихся на разных стадиях готовности, объединенных одной темой — перевалкой угля.

Проект терминала в Славянке

В марте 2017го года был принят проект строительства терминала сыпучих грузов в посёлке Славянка, Хасанского района. К лету этого же года, местные жители начали бить тревогу, из-за опасений, что в числе «сыпучих грузов» будет также и уголь, перевалка которого будет проводится наиболее дешёвым способом — открытым.

Позднее их опасения подтвердились — терминал оказался действительно угольным, но тогда же было обещано, что перевалка будет вестись закрытым способом и пылить уголь не будет.

Чтобы понимать, что такое открытая перевалка угля, и чем она опасна — отсылаю к статье Пневмокониоз. В статье речь идёт о шахтерах, но вообще, эта болезнь может развиться у любого человека, регулярно дышащего пыльным воздухом. Выдержка оттуда:

Пневмокониоз — (др.-греч. pneumon — лёгкие и konia — пыль), группа заболеваний лёгких (необратимых и неизлечимых), вызванных длительным вдыханием производственной пыли и характеризующихся развитием в них фиброзного процесса; относятся к профессиональным болезням. Встречаются у рабочих горнорудной, угольной, машиностроительной и некоторых др. отраслей промышленности.

А Славянка — это не только два заповедника государственного значения по соседству, но и региональный курортный центр, там всё побережье застроено базами отдыха.

Казалось бы — чего так боятся жители? А вот чего: у них перед глазами пример соседнего Посьета и Находки, на которой мы остановимся подробнее. Там уже действуют реальные угольные терминалы, и именно практика перевалки на них заставляет жителей протестовать против строительства такого же «счастья» заранее.

Тема строительства терминала поднималась уже несколько раз, начиная с 2013 года, когда тогдашний губернатор Миклушевский клятвенно утверждал, что никакого угля в Славянке не будет. В 2017 тот же самый Миклушевский уже был не так категоричен: «я и сейчас остаюсь противником», «но это же только планы».

Пришедший в октябре 2017 года на смену Миклушевского, врио губернатора Тарасенко «попросил жителей курортного Хасанского района не паниковать раньше времени и заверил, что от строительства угольного терминала они смогут отказаться на любом этапе». Через два месяца, в декабре 2017го проект терминала был представлен полпреду ДВФО Трутневу, и получил одобрение.

«Уникальность этого проекта состоит в том, что он будет полностью безопасен для окружающей среды. На предприятии планируется использовать полностью закрытую технологию перевалки навалочных грузов. <…> Реализация проекта Тихоокеанского балкерного терминала откроет путь российскому углю на высококонкурентные рынки Азиатско-тихоокеанского региона.», – рассказал Руслан Кондратов.

Ещё одна цитата, c малоизвестного новостного сайта, рубит правду-матку открытым текстом:

«Дело в том, что на федеральные монополии, которые проектируют угольные порты при поддержке Москвы, губернатор повлиять не может. На них могут повлиять только переговоры или создание стратегической рабочей группы из представителей двух федеральных округов Дальнего Востока и Сибири. Понятно, что от денег никто не откажется, уголь – это колоссальные доходы. Поэтому необходимо выработать программу стратегической переориентации угольных регионов на новые виды деятельности, на легкую промышленность, например. То есть создать альтернативную занятость»

В июле 2018 года, когда впереди замаячили выборы (которые Тарасенко якобы выиграл, и после которых его были вынуждены снять), врио вновь пообещал, что «в Славянке угольного терминала не будет», что в свете вышесказанного уже выглядит откровенным издевательством. Но всего через месяц, в августе 2018го, в списке кандидатов в думу Хасанского района были замечены люди Кондратова. Получается, что ситуация как в известной пословице — «собака лает, а караван идёт».

Давайте мысленно перенесёмся непосредственно в Находку, на уже работающий «терминал Астафьева», принадлежащий тому же Кондратову, чью цитату мы приводили выше, и посмотрим как там обстоит дело с «безопасностью для окружающей среды».

Угольные терминалы в Находке

Проблема с угольной пылью в Находке стоит уже не первый год, местные жители жаловались на угольную пыль ещё в 2010м и в 2012м. Мы же ограничимся только «Терминалом Астафьева», как наиболее пафосным «экологически-ответственным бизнесом», и на примере которого наиболее отчётливо проступают его истинные мотивы, отличия от того, что что они говорят, и то что они делают на самом деле.

В августе далёкого 2013 года было подписано соглашение о модернизации станции «мыс Астафьева» возле Находки, рядом с которой был и построен одноимённый терминал. В октябре 2014 вышло пафосное заявление собственника терминала Кондратова, по поводу увеличения экспорта угля на рынки АТР, которое стоит процитировать:

Эксперты отмечают, что реализация проекта интермодального терминала началась с беспрецедентного для России этапа – с создания инфраструктуры,  обеспечивающей экологическую безопасность. В 2012 году была установлена защитная пылеулавливающая сетка (подобная технология повсеместно  применяется в АТР и Европе). В настоящее время приобретена и доставлена на территорию терминала конвейерная линия закрытого типа от южнокорейской компании Util Tech, монтаж оборудования начнется уже в этом году.

Использование технологии, пояснили представители ОАО «Терминал Астафьева», позволит не только обеспечить требования экологической безопасности, практически исключив при погрузке попадание пыли в атмосферу, но и резко увеличить объемы перевалки угля.

Судя по дальнейшему развитию событий, ради последнего всё и затевалось. Если в 2014 году объём перевалки составлял порядка 1,5 млн тонн, то к 2017 году он достиг уже 2,9 млн тонн.

2017-03-20 Внезапная проверка выявила нарушения при перевалке угля в Находке

«Так, на момент осмотра на некоторых территориях велась погрузка угля, но водяные пушки не работали. Перегрузка велась грейфером напрямую из вагонов на территорию. Имеются защитные экраны, однако вся прилегающая территория захламлена и покрыта угольной пылью. У одного из стивидоров зафиксировано сильное задымление территории выбросами котельной, у еще одной компании отсутствовали меры по пылеподавлению»

2017-10-27 Прокуратура выявила нарушения при перевалке угля в Находке

Установлено, что предприятие, осуществляющее в морском порту производственную деятельность по перевалке угля и имеющее стационарные источники загрязнения, не проводит мероприятия по пылеподавлению. Утвержденный план природоохранных мероприятий обществом не выполняется.

2018-01-31 До 2021 года в жилой зоне Находки перейдут на закрытый способ перевалки угля

2018-03-02 Остановить нельзя штрафовать: приморские депутаты выходят с проблемой угольной пыли в Находке на федеральный уровень

Но наиболее показателен случай, который произошёл в конце марта 2018 года: работу соседнего терминала, находящемся на том же мысе Астафьева была приостановлена на две недели по судебному решению. Тем не менее терминал самовольно начал работу уже через несколько дней после этого, наплевав на решение суда.

Отчаявшиеся жители смогли прорваться даже на прямую линию к президенту, но и это тоже не принесло результата, новый 2019й год жители Находки по прежнему встречали окутанные клубами угольной пыли.

Существует также доклад инициативной группы жителей, сделанный в октябре 2018 года на круглом столе «Дальний Восток: проблемы развития» Общественной палаты РФ(видеозапись), основной вывод которого стоит привести:

После многочисленных обращений граждан, в феврале 2017 года Роспотребнадзор выявил, что с 2014 года обществом не выполняется перечень мероприятий, предусмотренный проектными решениями обоснования размера расчётной санитарно — защитной зоны, а именно, отсутствует конвейерная линии для погрузки угля, состоящая из 4-х закрытых конвейеров и двух пересыпных станций.

Несмотря на предписания, выявленные нарушения не устранены в течение долгого промежутка времени, да и выполнять данное мероприятие ОАО «Терминал Астафьева» не собирается.

Перечитайте ещё раз цитату из начала раздела, и оцените ставшее уже очевидным циничное враньё про «начало строительства с беспрецедентного для России этапа – с создания инфраструктуры обеспечивающей экологическую безопасность». И куда делась уже якобы «приобретенная и доставленная на территорию терминала конвейерная линия закрытого типа»?

Кроме того, как выясняется, здесь ещё существует некоторое терминологическое жульничество. Судя по отзыву на законопроект, выдвинутый в июле 2018 «о переходе только на закрытый способ перевалки угля», под термином «закрытый способ перевалки» может подразумеваться любая из трёх технологических операций: выгрузка угля из вагонов с помощью вагоноопрокидывателя, хранение угля крытым способом и погрузка на борт судна при помощи конвеера. Т.е. реализовав любую из этих мер, можно будет сказать, «смотрите, у нас закрытая перевалка». По факту, из реальных мер по уменьшению пылеподавления не сделано ничего: уголь хранится на открытой площадке и перегружается грейфером. «Пылезащитные экраны» и «водяные пушки» — это откровенная показуха и борьба «для галочки». Но даже на этой показухе умудряются экономить.

Выводы

Что в итоге? Когда в 2012м начинали модернизировать терминал в Находке, никто из местных жителей не думал, что их район скоро превратится в «угольное гетто», а впереди будут годы хождения по госучреждениям, судам, экспертизам и митингам.

Только в конце 2017м года, после прорыва на «прямую линию» ситуация начала как-то меняться: внезапно проснулась прокуратура, на фоне разворачивающейся предвыборной президентской кампании начали раздаваться какие-то обещания, проблема начала подниматься на уровне госдумы. Набранной инерции госмашине хватило до начала апреля 2018го, когда терминалы уже совершенно не опасаясь последствий, просто плюнули на решение суда и возобновили работу.

Однако для владельцев терминалов звоночек прозвенел вполне явно, поэтому с лета 2018 начались активные попытки ускорить строительство угольного терминала в Славянке. И первым шагом для этого стала попытка протащить «своих» людей в местную думу.

Вместо того, чтобы решать проблемы экологии уже существующего объекта, проще построить новый такой же в другом месте. С точки зрения буржуя-капиталиста это выгоднее, или у вас будут два дублирующих объекта и рост мощностей по перевалке или один, да ещё менее прибыльный, из-за затрат «на экологию».

Просто продать «проблемный» терминал — нельзя, это срыв договоренностей на поставку угля с «уважаемыми людьми»: с владельцами угольных месторождений у нас и покупателями зарубежом. Не поймут-с.

Может ли на это повлиять какой-либо врио или губернатор края? Может, но не будет, если только не хочет попасть в жёсткую оппозицию. Потому что «схема» эта — федерального уровня, по такой же, только в больших масштабах, работают и Газпром, и Роснефть, и много кто ещё.

А люди? А на людей плевать. Пока работе терминала не мешают, а их митинги в федеральные СМИ не попадают — значит проблемы не существует. Государство вам ничего не должно, так?

Но всё-таки, что делать жителям? Неплохой идеей было бы организовать на терминале независимый профсоюз. После чего пара «итальянских» забастовок с требованиями соблюдать экологические нормы быстро привели бы охамевшего владельца в чувство. Фактическая остановка работы отличается от решения суда как минимум тем, что её нельзя проигнорировать. И это не просто потеря прибыли за время забастовки, это для капиталиста это ещё и потеря репутации, которая может привести к значительно большим потерям в долгосрочной перспективе. Всё упирается в готовность жителей района вести борьбу за свои права.

Однако такой метод значительно потеряет в эффективности после запуска в работу «дублирующего» терминала, пусть и в минимальном варианте.


Возвращаясь к «ядерному могильнику». В этой истории пока слишком много белых пятен, но некоторые вопросы можно задать уже сейчас.

Вот например, нам говорят, что «закон запрещает ввоз ядерных отходов иностранных государств». А распространяется ли он на АЭС, построенные Росатомом в Индии, Иране, Египте? И кроме того, законы можно и поменять, ведь до сдачи объекта ещё три года.

Нам говорят, что объект строится, т.к. нам надо планово утилизировать корпуса ядерных подлодок. Почему тогда Росатом ведёт переговоры с Японией? Со стороны японцев вполне логично предположить желание кому-то сплавить последствия собственного «чернобыля»: Фукусимы-1. Кроме того, даже если это правда, чем этот объект будет заниматься, когда «лодки» закончатся? В рыночной экономике, «планово убыточное предприятие» — это ужас-ужас, и со стороны эффективных менеджеров неизбежно возникнет желание загрузить его чем-нибудь ещё. Для справки, если сейчас ДальРАО за всё время своей работы (20 лет) переработали 42 тысячи кубометров отходов, и имеет хранилище рассчитанное на 2,7 тысячи кубометров, то планируемый комплекс рассчитан на 40 тысяч кубометров хранения, что больше нынешнего почти в 15 раз.

Нам говорят, что недовольных не так много. К чему тогда этот нелепый митинг в Фокино на 50 человек в поддержку строительства объекта? Вы видели у нас когда-либо за последние 15 лет народные и массовые акции в поддержку инициатив властей? Митинги из согнанных бюджетников, курсантов и проплаченной массовки не в счёт.

Нам говорят, что объект безопасен и будет соответствовать. Практика же говорит обратное. С каждым годом качество строительства крупных стратегических объектов падает прямо на глазах. Если «олимпийские» объекты в Сочи, построенные к 2014му худо-бедно простояли несколько лет, то построенные к ЧМ-2018 по футболу рассыпаются уже сейчас, едва дождавшись завершения чемпионата. А ещё, весной прошлого года один не в меру ретивый аналитик невзначай выболтал главную тайну нашей строительной отрасли: «объекты у нас строятся не потому, что нужны, а затем, чтоб дать заработать строителям». С соседнего края нам передаёт горячий привет космодром «Восточный», построенный в полном соответствии с этим принципом.

Так у нас строит «государство». Как строит «эффективный частный социально-ответственный бизнес» — см выше.